Фаренгейт-лист 2024, Полный реестр нежелательных в России книг от «Новой газеты»

Rom165 "При хорошей рекламе и товар не нужен" (С)
Когда просматривал ленту новинок, прошел мимо из-за чтеца-многоголосца. Теперь, понятно, в очереди стоит после Града-n+1 АБС


 

В России промаркируют книгу "Заводной апельсин"

Книга американского писателя Энтони Берджесса "Заводной апельсин" будет промаркирована в России, согласно закону о наркотических средствах. Это следует из обновленного отраслевого перечня книг, содержащих упоминания наркотических средств и подлежащих в связи с этим специальной маркировке Российского книжного союза (РКС), выяснил корреспондент ТАСС.

Кроме того, в числе книг, подлежащих маркировке, несколько произведений Стивена Кинга - "Доктор Сон", "Ночные кошмары и фантастические видения"; "Зов Ктулху" Говарда Лавкрафта; "Удушье", "Рождение звука" Чака Паланика, а также "Виктор Цой. Жизнь и "Кино" Виталия Калгина, "Аполло" Виктора Пелевина и другие.

Ранее на сайте Российского книжного союза появился отраслевой перечень книг, подлежащих маркировке. Тогда в него вошло около 1 тыс. произведений. Список пополняется еженедельно. В перечне - произведения Виктора Пелевина, Сергея Лукьяненко, Татьяны Устиновой, Натальи Нестеровой, Дины Рубиной. Среди зарубежных авторов - Стивен Кинг, Карлос Кастанеда и Чак Паланик. Встречаются имена Эриха Марии Ремарка, Джона Стейнбека, Даниеля Киза.

Скачать "Отраслевой перечень книг, содер­жащих упоминания наркотических средств и подле­жа­щих специальной маркировке в порядке отраслевого саморегулирования"

По состоянию на 3 августа 2026 года Перечень содержит 3496 изданий.

Просмотрел список. Кроме пeречисленных из значимых иностранных имен числятся Берроуз, Варгас Льоса, Воннегут, Гейман, Гессе, Гришэм, Дик, Капоте, Киплинг, Коэльо, Мураками, Несбё, Перес-Реверте, Пратчетт, Саган. Обидно за моего любимого Апдайка - не включили, хотя в его книгах это самое встречается

Суд приговорил экс-директора Popcorn Books к четырем годам условно

Замоскворецкий суд Москвы приговорил к 4 годам условно бывшего директора издательств Popcorn Books и Individuum Дмитрия Протопопова по делу о продаже литературы с ЛГБТ*-пропагандой, передает корреспондент РИА Новости из зала суда.

Протопопову вменяют вовлечение и участие в деятельности экстремистской организации (часть 1.1 статьи 282 и часть 2 статьи 282.2 УК РФ), он полностью признал вину и заключил досудебное соглашение со следствием, дело рассматривается в особом порядке.

"Признать виновным… по совокупности преступлений путем частичного сложения наказания окончательно назначить наказание в виде 4 лет лишения свободы… назначенное наказание в виде лишения свободы считать условным с испытательным сроком 5 лет", - огласила решение судья.

Также Протопопову был назначен запрет на редакторскую деятельность и администрирование сайтов сроком на 4 года.

На прениях сторон прокурор запросил для обвиняемого 4 года условно. Протопопов в последнем слове раскаялся в содеянном и попросил прощения у тех, кому его деятельность могла нанести вред.

Ранее также в особом порядке в Замоскворецком суде рассматривались дела еще двух сотрудников издательства Павла Иванова и Артема Вахляева, они также получили 4 года условно.

По версии следствия, фигуранты пытались реализовать книги с ЛГБТ*-пропагандой, среди которых "Окна во двор", "О чем молчит ласточка", Heartstopper, "Тетрадь в клеточку", "Дарий Великий заслуживает большего", "Лето в пионерском галстуке". Как уточняется в материалах дела, оглашенных в ходе прошлого заседания, их распространение продолжилось уже после того, как Верховный суд РФ запретил международное движение ЛГБТ*.

Кроме того, как стало известно на заседании, Протопопову вменяют разработку внутренней классификации издаваемой литературы с разделением на "красный" и "желтый" списки: в "красный список" вошли произведения, где тема нетрадиционных отношений является центральной, в "желтый" - книги с менее выраженным соответствующим содержанием.

Все трое фигурантов были задержаны в мае 2025 года. В издательской группе "Эксмо" (которая приобрела 51% Popcorn Books в августе 2023 года) ранее заявляли, что обвинения связаны с книгами, не отраженными в складских остатках, которые продавались в процессе закрытия издательства. Сама компания свою причастность к инкриминируемым действиям отрицает.

А что у нас там с "Лолитой"? Или с "Волшебником" того же автора? Запрещено и сажают? А "120 Дней"?

AliBaba

Закон о запрете «пропаганды ЛГБТ» распространяется на произведения, изданные в абсолютно любом году, включая книги, выпущенные до принятия закона.В российском законодательстве этот запрет действует не на сам факт выпуска книги в прошлом, а на её текущий оборот — то есть на продажу, распространение, рекламу, демонстрацию и выдачу в библиотеках прямо сейчас.

Законодатели и Роскомнадзор заявляли, что классические произведения (например, тексты Владимира Набокова, Оскара Уайльда, Марселя Пруста или Вирджинии Вулф) под запрет не попадают, так как они имеют высокую художественную ценность и не ставят целью «пропаганду». Однако на практике книжные магазины и библиотеки всё равно проявляют осторожность при работе с любыми текстами, где упоминаются подобные темы.

Испытательные лаборатории проверят духовность и нравственность ИИ
Но критерии соответствия для проверки моделей разработают Минцифры, ФСБ и ФСТЭК

Российские IT-компании с одобрения Минцифры смогут передать в независимую испытательную лабораторию проверку соответствия больших моделей искусственного интеллекта (ИИ) закону и традиционным духовно-нравственным ценностям. Об этом «Ведомостям» рассказали источники в одной из компаний – участников обсуждений, профильной IT-ассоциации и подтвердил собеседник в Минцифры. Соответствующие обсуждения проходили в конце июля – начале августа на площадке АНО «Цифровая экономика» в рамках готовящихся подзаконных актов к принятому закону об ИИ.

Полный текст читаем не на Панораме, а в Ведомостях

Книги припечатают
Проверка литературы на соблюдение законов выйдет на государственный уровень

Минцифры планирует наделить Экспертный центр при Российском книжном союзе (РКС) полномочиями проведения государственной экспертизы, узнал “Ъ”. Сейчас специалисты центра анализируют книги по запросам госорганов и издательств, но их вердикт носит рекомендательный характер и может не приниматься в расчет полицией или судом. Инициатива Минцифры повысит статус такой экспертизы. В книжном союзе считают, что это решит проблему отсутствия единого подхода к экспертизе книг и снизит дополнительную правовую и финансовую нагрузку на участников рынка. Однако директор книжного магазина напоминает, что экспертиза РКС вовсе не бесплатна.

Минцифры разрабатывает законопроект, наделяющий решения Экспертного центра при Российском книжном союзе статусом государственной экспертизы. Об этом сообщил “Ъ” директор департамента господдержки периодической печати и книжной индустрии министерства Владимир Григорьев.

«Этот статус может быть получен несколькими способами. Один из них мы сейчас отрабатываем: это законодательное наделение уполномоченного органа правительства РФ (Минцифры.— “Ъ”) аккредитацией государственной экспертизы в области книгоиздания»,— уточнил господин Григорьев. После этого Минцифры сможет сделать центр при РКС «официальным органом экспертизы».

В пресс-службе министерства сообщили “Ъ”, что «вопрос аккредитации экспертной организации для книжной индустрии в настоящее время находится на стадии предварительной экспертной проработки и межведомственного обсуждения концепции законопроекта».

Экспертный центр при РКС был создан в 2023 году для проверки книг на предмет нарушения закона. Экспертиза «по инициативе органов государственной власти» проводится бесплатно; издательствам и «агрегаторам электронного контента» необходимо оплатить работу экспертов. На сайте РКС указано, что в числе специалистов центра — представители Роскомнадзора, Российского исторического общества и Российского военно-исторического общества, сотрудники федеральных университетов и члены религиозных конфессий. По рекомендации Экспертного центра издательства остановили продажи ряда книг: «Наследие» Владимира Сорокина, «Дом на краю света» Майкла Каннингема, «Маленькая жизнь» Ханьи Янагихары и др.

В последние годы в России было ужесточено регулирование оборота информационной продукции, включая книги. В частности, запрещены упоминание об ЛГБТ (движение признано экстремистским и запрещено в России) и пропаганда наркотиков. Запрещено также распространять книги, которые были изданы «нежелательными организациями» или при их поддержке. Кроме того, специальной маркировке подлежат материалы за авторством иноагентов. В случае нарушений издательствам и книжным магазинам грозят серьезные штрафы.

Участники рынка неоднократно жаловались на сложность соблюдения всех ограничений — в том числе из-за невозможности проверить каждую книгу на предмет нарушения закона.

Отсутствие «достаточного количества экспертов или экспертных организаций, позволяющих установить наличие в произведениях литературы незаконного контента» признавало и Минцифры в докладе о состоянии книжного рынка России по итогам 2025 года. «Около 80% всех российских издательств находятся в Москве и 10% — в Санкт-Петербурге. В связи с этим консультации с издательствами на предмет работы по выявлению и пресечению распространения деструктивного контента гораздо эффективнее проводить в федеральном центре, а не использовать региональных экспертов и экспертные организации, которые могут не дать экспертного заключения требуемого уровня»,— говорится в документе.

Розничные игроки и библиотеки, столкнувшись с отсутствием четких правил и списков, прибегают к мерам, которые часто оказываются избыточными, указывает президент Ассоциации книгораспространителей, руководитель комитета по поддержке и развитию книгораспространения РКС Светлана Зорина: «Магазины снимают с продажи книги по своему решению из-за страха перед возможными последствиями».

К тому же издатели вынуждены «тратить дополнительные ресурсы на ручные проверки книг или получение множества заключений», отмечает эксперт, а это «замедляет» процесс выпуска книг и влияет на увеличение их стоимости.

«Наделение Экспертного центра при РКС государственной аккредитацией со статусом "единого окна" позволит унифицировать подходы к правовой оценке и создать понятные правила для всех участников книжного рынка,— считает госпожа Зорина.— Кроме того, в случае возможных проверок контролирующих органов все игроки рынка смогут уверенно ссылаться на заключение Экспертного центра РКС, которое будет являться законным юридическим документом».

Председатель Альянса независимых издателей и книгораспространителей, директор книжного магазина «Фаланстер» Борис Куприянов настроен не так оптимистично. «На каждый книжный магазин сейчас возлагается колоссальное количество работы, на которую он не рассчитывал: приходится постоянно выискивать книги нежелательных организаций, содержащие упоминания о чем-то нехорошем и прочее. Никакой центр при РКС здесь не сможет помочь. И штрафовать будут не РКС, а нас,— заявил он “Ъ”.— Кроме того, услуги Экспертного центра при РКС — это не бесплатное удовольствие. У нас в наличии 38 тыс. книг, и мы просто не в силах оплатить экспертизу для каждой из них».

До иноагентства не считается
Уже изданную «нежелательную» литературу пытаются легализовать для библиотек и магазинов

Как стало известно “Ъ”, Минцифры ищет возможность сохранить на рынке и в библиотечном фонде те книги авторов-иноагентов и нежелательных организаций, что были изданы до присвоения этих статусов. В противном случае муниципальным библиотекам нужно будет исключить из доступа от 50% до 70% своего фонда, говорится в докладе ведомства. Опрошенные “Ъ” эксперты указывают, что действующие законодательные запреты «создают проблемы для развития образовательной и просветительской деятельности». Источник “Ъ” в администрации президента сообщил, что инициатива Минцифры находится на стадии межведомственного обсуждения и «готового решения пока нет».

Минцифры обсуждает с Минюстом, МВД и администрацией президента варианты юридической легализации книг нежелательных организаций и иноагентов, которые были изданы еще до получения этих статусов. Об этом сообщил “Ъ” директор департамента господдержки периодической печати и книжной индустрии министерства Владимир Григорьев.

«Нежелательными организациями у нас, допустим, признаны Фонд Сороса и Всемирный фонд дикой природы, которые в 1990-х годах финансировали издание русской классики, а также лучшие образцы краеведческой литературы,— сказал “Ъ” господин Григорьев.— Также нежелательными объявлены ведущие университеты, включая Йельский, Беркли и Стэнфорд, которые выпускают учебники по физике, астрономии и математике. Таким образом, при прямом исполнении действующего закона они должны быть запрещены и изъяты из библиотек и книжных магазинов». Более того, в последнее время правоохранительные органы считают нарушающими закон даже те книги, что были выпущены при финансовой поддержке либо содействии нежелательных организаций, отметил в беседе с “Ъ” господин Григорьев. «Поэтому мы выступаем за необходимость обсуждения правоприменения или изменения действующего законодательства»,— добавил он.

“Ъ” направил запрос в Минюст. Знакомый с ситуацией источник “Ъ” в ведомстве подтвердил участие министерства в обсуждении инициативы.

В МВД, отвечая на запрос “Ъ”, напомнили, что «реализуют исключительно правоохранительную функцию». Источник “Ъ” в администрации президента сообщил, что инициатива находится на стадии межведомственного обсуждения и «готового решения пока нет».

Термин «нежелательная организация» появился в законодательстве в 2015 году. Сейчас таковых 323, и Генпрокуратура по согласованию с МИДом регулярно пополняет список. Среди прочего россиянам под угрозой административной и уголовной ответственности запрещено распространять любые информационные материалы нежелательной организации, независимо от даты их выхода.

Из-за этого при обновлении списка изданные много лет назад книги и журналы внезапно становятся запрещенными. Их хранение, выдача и тем более продажа считаются участием в деятельности нежелательной организации.

Типичный пример: в 2024 году директора Централизованной библиотечной системы Ярославля Светлану Ахметдинову оштрафовали на 20 тыс. руб. после выдачи читателю книг малоизвестной украинской организации «Аллатра», годом ранее признанной нежелательной (в 2025 году организация была признана экстремистской и запрещена).

Сложная ситуация и с книгами, чьи авторы, переводчики либо иллюстраторы попали в список иностранных агентов. Во-первых, все они без исключения подпадают под возрастной ценз «18+». Из-за этого под запретом оказалась серия популярных детских книг шведского писателя Свена Нурдквиста: ее переводчица Александра Поливанова в 2025 году была внесена в реестр иноагентов.

Во-вторых, с 1 сентября 2025 года иноагентам запрещено заниматься «образовательной и просветительской деятельностью», а значит, нельзя распространять книги, которые можно считать просветительскими. Наконец, установлены ограничения по выкладке и оформлению. В результате распространение такой продукции является «повышенным риском», говорится на сайте Российского книжного союза (РКС): «В любой момент книги могут быть изъяты и подвергнуться дополнительной экспертизе на предмет присутствия деструктивного контента».

Сама организация не стала официально комментировать “Ъ” эту тему. Но источник “Ъ” в РКС признал, что библиотеки «поставлены в крайне сложное положение»: им приходится убирать из открытого доступа даже те издания, где иноагент или нежелательная организация выполняли сугубо косвенную роль — переводчика, иллюстратора, составителя, автора предисловия.

«Для библиотек это означает риск массового изъятия социально значимых изданий, для граждан — сужение доступа к литературе, для государства — нарастание числа конфликтных случаев, которые будут восприниматься обществом как формальные и несправедливые»,— констатировал собеседник “Ъ”.

В докладе Минцифры по итогам 2025 года также говорится, что действующее законодательство негативно влияет на муниципальные библиотеки. Так, в случае буквального исполнения законов об иноагентах и нежелательных организациях им нужно будет изъять из общего доступа от 50% до 70% своего фонда, а научным библиотекам — от 10% до 15%. «В части научных и научно-популярных изданий контент подлежащих изъятию произведений является уникальным и имеет просветительский характер в сферах, далеких от политики»,— говорится в этом документе, опубликованном в июне.

Президент Ассоциации книгораспространителей Светлана Зорина в разговоре с “Ъ” поддержала инициативу Минцифры: «Книжная отрасль нуждается в установлении понятных и прозрачных правил правоприменения. Эти книги — большая и важная часть российской культуры. Мы не должны лишать российских читателей возможности знакомства с произведениями, созданными в сфере образования, науки и культуры до вступления в силу соответствующих законов». В научных текстах, диссертациях нередко цитируются работы организаций, позже признанных нежелательными, обратила внимание госпожа Зорина, а запрет на знакомство с этими текстами «создает проблемы для развития образовательной и просветительской деятельности».

«Организацию признают нежелательной, потому что в ее деятельности усматривают нечто опасное для России. Однако другая часть ее работы совершенно не учитывается,— говорит председатель Альянса независимых издателей и книгораспространителей, директор книжного магазина “Фаланстер” Борис Куприянов.— Например, Йельский университет знаменит в том числе выпуском монографий художников. Как могут навредить России монографии художников, изданные даже после того, как Йель был признан нежелательной организацией? Однако они останутся недоступными, даже если эта инициатива будет реализована». Поэтому господин Куприянов считает предложение Минцифры «очень хорошей полумерой». Тем не менее если она будет реализована, то библиотеки «смогут выдохнуть», а книжные магазины получат право продавать большой массив книг, которые уже есть на рынке, говорит эксперт.